В глухом лесу, где граница между человеческим миром и дикой природой становится почти неразличимой, судьба сводит зоопсихолога, посвятившего жизнь изучению повадков лисиц, с загадочной девушкой по имени Дина. Она словно дикий зверёк, замкнутая, молчаливая и абсолютно чуждая любым социальным условностям. Их встреча – это не случайность, а необходимость: он находит её в состоянии, близком к гибели, и, повинуясь профессиональному инстинкту и человеческому состраданию, спасает. Этот поступок, казалось бы, героический, вскоре оборачивается для учёного кошмаром. Он неожиданно оказывается главным подозреваемым в уголовном деле – убийстве подруги этой самой девушки. Система, требующая простых ответов и видимых виновников, видит в нём удобную фигуру: посторонний мужчина, найденный рядом с травмированной свидетельницей преступления. Чтобы доказать свою невиновность, ему не остаётся ничего иного, как начать собственное, крайне рискованное расследование. Ключ к разгадке таится в Дине, но он надёжно спрятан за стеной молчания и отчуждения. Девушка, пережившая нечто ужасное, не говорит ни слова, не идёт на контакт со следствием и, кажется, живёт по своим, лишь ей понятным законам. Для зоопсихолога это становится самой сложной и парадоксальной работой в его жизни. Его профессиональные навыки, обычно применяемые к животным, – наблюдение, терпение, попытка понять язык тела и мотивы, – теперь являются единственным инструментом для установления связи с человеком. Ему предстоит не просто расспросить её, а осторожно, шаг за шагом, войти в её искажённую реальность, завоевать доверие существа, которое, возможно, разучилось доверять кому бы то ни было. Это медленный танец двух одиночеств, где каждое движение, каждый жест на счету. Расследование превращается в тонкую работу по расшифровке немого свидетельства, в попытку услышать историю, рассказанную не словами, а страхом, взглядом, избегающим встречи, и инстинктивными реакциями девушки, для которой лес и его обитатели кажутся более безопасными, чем мир людей. От успеха этой беспрецедентной коммуникации зависит не только свобода невиновного человека, но и, возможно, возвращение Дины из её добровольного заточения в молчании, к которому привела непрожитая травма и тень настоящего преступника, всё ещё оставшаяся на свободе.